Система тренировок тайских боксеров
 
Секции тайского бокса на территории Украины
 
Золотая коллекция видео тайского бокса

Ушу

Изучая иную культуру, мы глубже постигаем самих себя и собственные культурные ценности. Начиная с XVI—XVII вв., когда первоначально христианские и католические миссионеры, а позже путешественники и ученые обратили взоры к Востоку, их поразило обилие необычного и непривычного для людей Запада в Поднебесной империи — Китае. Недоумение чувствуется в записках европейцев, освещающих мирное сожительство конфуцианства — по их мнению, высокоморального учения - с «варварскими» даосизмом и буддизмом. Не меньше поражали гостей и подкрепленные философскими рассуждениями странные комплексы гимнастических упражнений, которые повсеместно практиковали жители городов и деревень вплоть до новейшего времени. Огромен был спектр таких упражнений — от дыхательно-медитативных систем до боевых комплексов, объединявшихся под единым названием у-шу.
Именно тогда возник проникший позже на страницы западных массовых изданий, на экраны кинотеатров и видеомагнитофонов миф о загадке китайской цивилизации — воинских искусствах у-шу, дающих человеку сверхъестественные способности. Журналы запестрели сообщениями о различных оккультных таинствах — о направленном «выбросе» биоэнергии, об удивительной способности без вреда встречать удары меча и копья, дробить ладонью камни, чуть ли не «странствовать в облаках». Слухи подогревались еще и тем, что ни в одной стране Запада нельзя было найти аналогов этой древней области знания.
Лишь в последнее время к у-шу стали подходить не как к курьезу, а как к неотъемлемой части культурной традиции, столь же богатой и сложной, как китайская архитектура и живопись, философия и литература.
А это означает, что у-шу — уникальная «наука жизни» — требует внимательного научного рассмотрения. Необходимо вновь «вернуться к истокам» — изучить китайские исторические хроники, трактаты, жизнеописания полководцев, даосских и буддийских подвижников.
Европейский ум, сталкиваясь с необычным феноме¬ном, сразу же пытается найти для него аналогию в рам¬ках собственной культуры и очень неохотно допускает, что инокультурное явление может быть во много крат шире и глубже, чем все внешние представления о нем. Нередко у-шу называли «гимнастикой», «методом самозащиты», «способом активной медитации», «китайским боксом», а то и «эффективной системой достижения успела в делах», то есть пытались «подогнать» под привычные понятия. И все же придется согласиться, у-шу — не та надуманная система, что возникает в воображении наших современников под воздействием слухов, популярных книг и кинобоевиков, а сложней комплекс методов психофизического тренинга, который веками формировался в Китае, захватывая обширные, порой неведомые области медицины, психологии и парапсихологии, этики и эстетики.
Существует также исторический миф об у-шу китайского происхождения. В Поднебесной империи считалось, что чем дальше в глубь времен отстоит от нас то или иное событие или явление, тем оно ценнее для по¬следующих поколений и тем больше истины заключено в нем. В Китае бытовали представления о некой «золотой древности» — эпохе порядка, справедливости и добродетели, когда процветала культура и небесная гармо¬ния находилась в соответствии с земными уложениями. Нередко в Китае знаменательные исторические события относились в далекое прошлое, за несколько сот лет до реальной даты. И сейчас можно встретить описания «зачатков» у-шу у синантропов, первобытных охотников, вооруженных «оружием у-шу» — каменным топором и примитивным луком. Реальность, однако, свидетельствует о другом — у-шу возникло на стыке китайской на¬турфилософии и различных способов подготовки воинов в те времена, когда и «гражданское начало» (вэнь) и «военное» (у) были достаточно высоко развиты. Хотя в раскопках скальных пещер в Мавандуе были обнаруже¬ны изображения людей в позах, отдаленно напоминаю¬щих современную дыхательно-медитативную систему ци-гун, но вполне вероятно, что эти ранние упражнения были не сложнее обычной утренней гимнастики.
Впервые термин у-шу можно встретить в памятниках начиная с III в., до этого времени употреблялись назва¬ния лишь для отдельных конкретных видов борьбы - шоубо, сянбо, цзяоли, чаншоу. Буквально у-шу переводится как «воинские искусства», хотя полный смысл тер¬мина выходит далеко за рамки этого дословного перевода. Первоначально у-шу, вероятно, представляли собой структурно не оформленную систему чисто воинской практики, которой занимались в основном на элитарном уровне китайской цивилизации — при дворе, в среде знати или «людей просвещенных». Несколько позже методики подготовки воинов проникают и в народную среду, где сливаются с широким спектром народных верований, а также крупнейших религиозно-философских систем Китая — конфуцианства, даосизма и буддизма. Постепенно наметились основные центры развития у-шу начали формироваться основные стили и направления Этот процесс достиг апогея в XVII—XVIII вв , во времена маньчжурского завоевания Китая. Толчком к формированию стилей служили, вероятно, чисто внешние факторы — хотя бы такие, как нашествие чжурчжэней, монголов, а позже маньчжуров. Владычество иноземцев заставляло китайский народ укрывать свое воинское искусство в тайных школах и сектах, основным консолидирующим началом которых нередко и были именно заня¬тия у-шу. Само у-шу начинало символизировать не просто набор приемов и хитроумных методик, но некое священнодействие, теургию, учение, которое передается лишь от учителя ученику в форме своеобразного «диалога душ». В тайных школах сложились ныне широко известные направления и стили у-шу — Шаолинь-цюань, Багуа-чжан, Хун-цюань, Танлан-цюань и ряд ; Закрытая школа, существовавшая в рамках тайного общества, обеспечивала передачу традиций у-шу в неизменном виде. «Передавая учение, преемствуем душу" на этом принципе было построено все традиционное.
Помимо существования закрытых школ, были и широкие секты гуань или шэ, обычно связанные со школой. Собственно «академическая» школа называлась мэнь («врата») — символ того, что ученик, входя во «врата», оставлял все старое за ними, обретал качества «настоя¬щего человека», после чего ему и передавались тайны учения. Однако все это было связано с огромной работой над собой и большой психологической нагрузкой, поэто¬му секты гуань и шэ нередко внешне дублировали ос¬новную школу, имитировали чисто внешний рисунок движений, не углубляясь в философские сложности. Та¬кая структура традиционного у-шу, сохранившаяся вплоть до начала XX в., позволяла любому желающему практиковать это искусство в зависимости от своих физических и психических способностей.
Каждая школа обязательно восходила к первоучителю, «Отцу-основателю», легендарному мастеру, который придавал всем последующим поколениям учеников статус каноничности и высокий социальный престиж. Создание стилей приписывалось в основном легендарным личностям, поэтому подавляющее большинство стилей у-шу соотносятся с героями китайской традиции: стиль «Обезьяны» (Хоу-цюань) — с царем обезьян Сунь Уку-ном, стиль «Направленная воля» (Син н-цюань) — с легендарным полководцем Юэ Фэем. Даже Конфуций (Кун-цзы) и его ученики якобы занимались стилем Кун-мэнь-цюань. Особенно много стилей приписывается «молодцам с горы Ляншаньбо» — героям средневекового романа «Речные заводи». Стиль «Пьяницы» (Цзуй-цюань) был разработан, согласно легенде, бесстрашным монахом Лу Чжишенем, стиль «Пронзающие ноги» (Чо-цзяо) — У Суном, «Потерянный след», или «Лабиринт» (Миц-зун-цюань), — бывшим воспитанником шаолиньского монаха Янь Цином. Все эти версии о возникновении стилей у-шу формировали у занимающихся чувство единения с традициями мастеров и героев славного прошлого, вводили в мир китайской истории. Таким образом, у-шу становились своеобразным способом социализации многих членов китайского общества — то есть приобщали к основным культурным установкам, необходимым для существования человека как члена данного общества. Не случайно в каждом стиле у-шу, помимо изучения чисто технических действий, рассматривались и вопросы эти¬ки, житейской философии, логики, способы обращения к старшим, общения с людьми, принципы поведения, как в экстремальной ситуации, так и в обычных условиях.
В средние века центром занятии у-шу становятся буддийские монастыри. В них создавались идеальные условия для занятий - жесткая дисциплина, замкнутое сообщество, позволяющее поддерживать высокий уровень духовности, регулярность и непрерывность заня¬тий. Особенно прославился монастырь Шаолинь в Хэнани.
Хотя монастырь Шаолинь и считается центром всех буддийских видов у-шу, однако более вероятным представляется, что различные направления формировались независимо друг от друга, часто переплетаясь воедино или, наоборот, распадаясь на десятки стилей и полетилей. В результате такого долгого и взаимообогащающего развития сформировалось три крупнейших направления у-шу — шаолиньское, уланское и эмэйское.
Шаолинь-пай (шаолиньское направление) включает в себя около 400 основных стилей, распадаюшихся на более мелкие подстили и школы. Решающее влияние на формирование Шаолинь-пай оказала буддийская «прикладная метафизика». Ряд эзотерических школ избрал тайные учения буддизма своей основной доктриной: Цзинганчань цзыжань-мэнь (школа «Естественности ал¬мазного Чань-буддизма»), Фо-мэнь (школа «Будды»), Лама-цюань («Ламаистский кулак») и некоторые другие. Из всех видов буддизма в системе у-шу, безусловно, решающую роль играл Чань-буддизм, повлиявший также на формирование всей китайской культуры, особенно в IX—XIII вв. Чань-буддизм не только создал своеобразное эстетическое отношение к миру как к Великому символу бытия, за которым скрывается истинная сущ¬ность, но и разработал особые методики раскрепощения способностей самого человека. Не переоценивая буддийские догмы, Чань-буддизм учил находить радость бытия и возможность самореализации в любом творческом действии, в том числе и в занятиях у-шу.
Многие стили, которые сейчас причисляются к шаолиньскому направлению, возможно, никогда не соотно¬сились со знаменитым монастырем, однако в названии стилей и движений как дань традиции встречались названия: «восемнадцать движений рук архатов», «монах толкает врата», «богомол, взывающий к Будде». Некоторые возникавшие в народной среде школы считали, что происходят от истинно шаолиньских стилей, а их руководители приписывали себе учителей из шаолиньских монахов. Так складывалась легенда о монастыре Шаолинь — «центре всех у-шу в Поднебесной импе¬рии».
Уданскос направление выпестовалось в лоне даосиз¬ма — религиозно-философского учения, ставяшего своей целью постижение Пути-Дао, извечного закона, задающего ход всему механизму бытия. Считалось, что постигший Дао становился «настоящим человеком», то есть мог обрести «вечную весну» — бессмертие. Выйдя из ранних шаманистических ритуалов и натурфилософских верований, даосизм разработал учение о двух взаимодополняющих и взаимопротивоположных началах — Инь и Ян, первое из которых рассматривалось как темное, женское, негативное, пассивное, а второе — как светлое, мужское, позитивное, активное. Равновесие этих начал обеспечивало здоровье и долголетие челове¬ка. В среде даосских отшельников во II—IV вв. начали создаваться ранние психорегулирующие системы на основе методов дыхания в сочетании с гимнастическими упражнениями — даоинь.
В III в. знаменитый лекарь — даос Хуа То создал первую дошедшую до нас систему ци-гун, называвшуюся «Игры пяти зверей» (Уцинси). В IV — V вв. даосская сек¬та ^Высшей чистоты» на горе Мао-шань детально разработала методики достижения здоровья и долголетия путем дыхательных упражнений (туна), психомедитативного проведения внутренней энергии ци по каналам внутри тела (синци). гимнастических упражнений, сексуальной практики, диетологии. Сложнейший комплекс уп-ражнений значительно трансформировался с течением времени. В упрошенном виде его практиковали для постижения «чистого и светлого» состояния сознания
Наконец, в XVII—XVIII вв. возникают основные системы уданского направления, названные так по месту их формирования — крупному даосскому центру в горах Удан-шань в провинции Хубэй. Китайская традиции отнесла их возникновение к IX—XIII вв. — «золотому веку» древности, тем самым утвердив ценность учения, а прообразы «мягких» школ можно найти даже в I тысяче¬летии до н. э. Все школы этого направления — Тайцзи¬цюань, Багуа-чжан, Синъи-цюань и другие — должны были привести человека в состояние естественности и спонтанности, когда он начинал ощущать окружающий мир как самого себя, а в «его пустом и чистом сознании слышались отзвуки Пути-Дао». Этот принцип "отзвука" внешнего мира внутри человека можно встретить и в ки¬тайской поэзии, и в живописи, и в театральном искусст-ве.
Со временем уданские школы и стили превращались в сложные философские учения, а позже в оздоровительные системы. Уданское направление считало, что. помимо внешнего движения (аай-дун), существует и «внутреннее движение» (нэй-дун). Начинающий пытается воспроизвести лишь внешнюю форму, опытный мастер, наоборот, понимает, что суть стиля — это наиболее точное внешнее выражение «внутреннего движения». Не случайно уданские системы иногда называют «внутренним» направлением у-шу (нзй-цля) в отличие от шаолиньского "внешнего" направления (вай-цля).
В XVIII в. в провинции Сычуань в горах Эмэй завершилось формирование стилей направления Эмэй-пай, включавшего около 60 основных школ Первоначально Эмэй-пзй было достоянием буддийских и даосских мона¬хов, но затем стало преподаваться местным жителям. иные из которых достигали такого мастерства, что слу¬жили инструкторами у-шу в императорской гвардии. Эмэиские стили соединили шаолиньскне северные и местные южные школы, связав их с важнейшими принципами «внутреннего» направления.
Различные виды у-шу проникли во все поры китайского общества, его практиковали знаменитые поэты Ли Бо и Су Дунпо, художник Бада Шаньжэнь, полководцы Ху Дахай, Му Инь из ближайшего окружения императо¬ра Чжу Юаньчжана, видные члены организованного Сунь Ятсеном «Союза возрождения Китая» Чжэн Шилян и Ян Цюйюнь, а также миллионы простых китайцев, давших миру мощный сплав философской традиции и методов психофизического воспитания человека. Мастеров у-шу можно было встретить и среди монахов-от¬шельников, и в тайных обществах, объединявших зачастую тысячи человек. Именно в тайных обществах появилось слово гун-фу для обозначения боевых искусств. Гун-фу имеет очень широкий смысл (прежде всего «радение», «мастерство», «высшее умение»), выражая отте¬нок огромной ценности, святости, который придавался в Китае занятиям у-шу. Понятие гун-фу можно встретить обычно в философских трактатах об искусстве кулачного боя, там оно часто употреблялось рядом со словом «учение» как величайшее внутреннее откровение древних мудрецов. Придя на Запад вместе с потоком иммиграции из Китая в середине XX в., оно стало звучать как кунфу. Исказилось не только звучание слова, но и его содержание. У-шу, оторванные от того культурного контекста, в котором они существовали на протяжении ты¬сячелетий, стали превращаться в спорт, гимнастику или рукопашный бой в оболочке восточной терминологии.
Большое влияние оказали у-шу на сопредельные с Китаем страны — Корею, Японию, Вьетнам, Лаос, Ма¬лайзию. Они способствовали созданию таких известных во всем мире японских единоборств, как дзю-до, кара¬тэ, айки-до, сумо, корейского хваран-до и тэквон-до, вьетнамского вьетво-дао, однако, может быть, ни в одной другой стране мира воинские искусства не были так тесно вплетены в общий культурный контекст, как в Китае.
Наследие у-шу, являя собой, пример соединения эстетико-философской мысли и практики, располагает целым рядом философских трактатов, учебников. Большинство народных романов, таких, как «Речные заводи», «Троецарствие», «У Сун убивает тигра», содержат колоритные примеры применения и изучения у-шу. Всего известно более тридцати крупнейших литературных произведений, посвященных различным аспектам у-шу.
Закономерен вопрос: зачем же большинство населения старого Китая столь активно практиковало различные формы у-шу? Ради изучения приемов самозащиты или для обретения здоровья и долголетия? Китайские источники подсказывают парадоксальный, на наш взгляд, ответ: не существовало, да и не могло существовать какой-либо конкретной цели в изучении у-шу. Для миллионов людей у-шу становились способом реализации внутренних ресурсов человека путем психофизического совершенствования, вечно звучащим эхом, доносящим из далекого прошлого образы великих учителей и легендарных мудрецов. Вероятно, именно это сложнее всего понять представителям западной цивилизации.

© 2005-2010 Muay-thai.net.ua

Все права защищены.
Администрация: muaythai.info@yandex.ru